Нефть: богатство страны или её беда?

Об этом в рамках интеллектуального проекта «АиФ» «Какой быть России?» спорят и. о. премьер-министра России, директор Института экономики переходного периода Егор Гайдар и академик РАН, научный руководитель Института экономики РАН Леонид Абалкин

Егор Гайдар. Главное — не повторить ошибок СССР

Десятый год экономика страны динамично растёт. Причём такие темпы и не снились советскому руководству 1980-х годов.

Быстро увеличиваются реальные доходы населения, снижается уровень бедности. Да, есть проблемы в образовании, здравоохранении, пенсионном обеспечении. Но как бы критично мы ни относились к происходящему, следует признать, что экономическое положение страны сегодня лучше, чем в 1999 году.

В выступлениях в Москве и в Красноярске В. Путин и Д. Медведев обозначили своё видение целевых ориентиров развития России в среднесрочной и долгосрочной перспективе. Если не делать серьёзных ошибок, многие из поставленных задач можно решить. Ещё раз подчеркну: если не делать серьёзных ошибок. Но умение учиться если не на чужих, то хотя бы на своих ошибках — не самая сильная черта российской политической элиты.

Оставьте в покое Стабфонд!

Россия — страна, состояние экономики которой, доходы государства зависят от конъюнктуры рынка нефти. В этом нет ничего позорного. Экономика одной из самых благополучных стран мира — Норвегии — также зависит от конъюнктуры нефтегазового рынка. Вырабатывая экономическую политику в нефтезависимых экономиках, надо помнить, что они устроены необычно. В нефтедобывающей стране денежное довольствие офицеров, зарплаты учителей и врачей, возможности школ, больниц, университетов платить за коммунальные услуги — всё это зависит от цены на данный ресурс. Что делать, если многократное падение нефтяных цен, которое никто не предсказывал, стало реальностью? Распускать армию? Закрывать школы и больницы? Отменять пенсионную систему? «Добрых дядюшек», у которых можно перехватить денег до того, как цены на нефть снова вырастут, в жестоком мире немного. В этом убедилось советское руководство, когда цены на нефть за несколько месяцев 1985-1986 годов упали примерно в 4 раза и находились на этом уровне до конца 1990-х годов. Сейчас цены на нефть вновь приблизились к пику позднебрежневского периода. Возможно, они останутся на этом уровне в течение нескольких лет. А может быть, и нет.

Власти нашей страны извлекли уроки из ситуации на нефтяном рынке в конце 1980-х годов: создали Стабилизационный фонд. Но у страны есть и немало важных нерешённых проблем. А когда есть деньги, неизбежно возникает соблазн их потратить. Но надо помнить, что речь идёт о нестабильных и непредсказуемых доходах. Функционирование же таких институтов, как армия, образование, здравоохранение, милиция, пенсионная система, не должно зависеть от конъюнктуры нефтяного рынка.

Говорят, что размер Стабилизационного фонда (теперь он разделён на Резервный фонд и Фонд национального благосостояния) слишком велик, столь крупная «заначка» стране не по карману. Сравним его с размерами резерва, который сочло необходимым иметь руководство наших соседей — Норвегии. По отношению к валовому внутреннему продукту размер норвежского Глобального пенсионного фонда (аналога наших Резервного фонда и Фонда национального благосостояния) составляет 100%, а в России это соотношение примерно в 10 раз меньше.

Не стоит злить соседей

Ещё одна ошибка, которой необходимо избежать, если мы хотим обеспечить предпосылки спокойного, стабильного развития страны в XXI веке, связана с постимперским синдромом. Советский Союз был не первой империей, распавшейся во второй половине ХХ века, а последней. Череда крушений империй после Второй мировой войны, растянувшаяся на десятилетия, не случайность. Это результат глубоких изменений, произошедших в мире. Попытки сохранить империю силой в новых условиях приводили к тяжёлым войнам и всегда оканчивались неудачей. То, что после краха Советского Союза удалось избежать «большой крови», которая могла бы пролиться при развитии событий по югославскому сценарию, — одна из заслуг первого Президента России Б. Н. Ельцина перед страной и миром. С утратой империи смириться непросто. Апелляция к былому величию, обещание приструнить вышедших из повиновения «вассалов» — эффективный приём во внутриполитической борьбе, особенно действенный, когда наиболее острые экономические проблемы решены. Тут-то самое время за ужином, смотря старый советский фильм, порассуждать о том, какими мы были великими, как нас предали, что теперь мы покажем, кто главный… Когда подобные рассуждения остаются на уровне домашних разговоров — это не страшно. Но такие настроения порождают соревнование в том, кто произнесёт более громкую речь, адресованную бывшим «вассалам», с гневом обличающую их и возвеличивающую канувшую в Лету империю. Рассориться с соседями, поучая их, как надо жить, легко. Выстроить с ними добрососедские отношения — труднее. Поддаться искушению постимперского синдрома — значит окружить себя кольцом государств, с которыми у нас в лучшем случае недружественные, а в худшем — враждебные отношения. Может быть, кому-то из российских политиков такая перспектива нравится, стране же она точно не нужна.

Академик Леонид Абалкин. У нас в запасе всего 10-15 лет

Россия давно и прочно сидит на нефтегазовой игле. Результат этого — однобокое развитие экономики.

Мировые цены на сырьё на мировом рынке изменчивы. Сегодня они растут, и к нам идёт денежный поток. А если завтра цены упадут, с чем мы останемся? Чтобы уйти от этой зависимости, нужно изменить структуру экономики.

Крупные запасы нефти и газа — наше историческое преимущество — с помощью продуманной экономической политики можно перевести в важный источник экономического роста и модернизации. Опираясь на эти возможности, надо поставить на ноги отечественное машиностроение, реализовать фундаментальные и прикладные научные разработки, подготовить необходимые кадры. Конечно, потребуются большие инвестиции, которые только через определённое время создадут современную высокоэффективную и конкурентоспособную экономику. Завершение такой перестройки (по оптимистическому сценарию) займёт 10-15 лет. Это будет важнейшим звеном долгосрочной стратегии, которой у России, к сожалению, как не было, так и нет. А двигаться в дальнее плавание, не имея цели, — значит никогда не достичь намеченных рубежей.

Хватит кредитовать Запад?

Весьма спорным остаётся и вопрос о Стабфонде, его объёме и назначении (напомню, что в феврале он был поделён на Резервный фонд (3 трлн. 69 млрд. руб.) и Фонд национального благосостояния (более 780 млрд. руб.). Использование Стабфонда не регулируется законодательными органами страны, и большая его часть вложена в иностранные ценные бумаги. Первая часть Стабфонда — своеобразная «подушка», позволяющая (в случае снижения мировых цен на нефть) смягчить это падение. Её размер можно оценить примерно в 500-600 млрд. руб. Их можно хранить и на Западе, в более надёжных бумагах, чем, к сожалению, являются российские рубли. Эту часть трогать нельзя. Вторая часть Стабфонда — «короткие» деньги с быстрой оборачиваемостью. Они могут использоваться для наращивания производства товаров и услуг, в том числе в сфере малого бизнеса. О нём уже много говорят последние 5-6 лет, но, к сожалению, дело с его развитием так и не сдвинулось с места.

Наконец, третья часть Стабфонда — «длинные» деньги, в которых так остро нуждается отечественная экономика. Они могут пойти на долгосрочные объекты. Но сегодня эти средства уходят на Запад. Фактически мы являемся мощным его кредитором. Причём даются они под весьма низкие проценты. Надо же повернуть эту часть (именно часть) на развитие отечественного производства, причём под те же низкие проценты, по которым мы размещаем средства за рубежом. Минфин и ЦБ должны направить эти деньги на инвестиционные проекты, развитие машиностроительного ядра. Кстати, такое решение позволит и резко снизить инфляцию.

Меры SOS

Предстоит в ближайшее время осуществить две меры. Первое — отказаться от плоской шкалы уплаты подоходного налога. У нас зарплата ниже прожиточного минимума и доход миллионера облагаются по одной ставке. Такого нет ни в одной стране с рыночной экономикой! Зарплаты ниже прожиточного минимума не должны облагаться налогом вообще. С доходов свыше неё и до 25 тыс. руб. в месяц следует платить, как и сегодня, 13%. При заработках от 25 до 100 тыс. руб. в месяц уплачивать налог в 18%, а свыше 100 тыс. руб. в месяц — 25%. Второе — ввести налог на имущество. Сейчас большинство владельцев особняков и дворцов таких налогов не платит. Проекты законов есть, но их тормозят те, по чьему карману такое решение и ударит.

Однако лобби — это ещё не самое страшное. Ужас в том, что страна буквально срослась с гигантской по масштабам коррупцией, проникнувшей во власть, её структуры и полномочия. Коррупция стала, пожалуй, самой главной угрозой для российской государственности. Быстрого решения этой проблемы в ближайшие 3-5 лет не найдётся.

Мне думается, что ключ к этому вопросу лежит в радикальном социально-политическом обновлении нашего общества. Нужны сильная оппозиция, реальная гласность и последовательная демократизация подготовки и принятия решений. Без таких условий, как показывает отечественный и мировой опыт, коррупцию не победить.

В нашей экономике сложилось деление регионов на доноров и реципиентов, или депрессивные регионы. Оно уходит корнями в историю и усилилось в результате разрушения межбюджетных отношений, когда бóльшая часть доходов поступала в Центр, а уже из него распределялась по регионам. Для вертикали власти это, может быть, и хорошо, но для России как федеративного государства — плохо.

Сегодня ясно, что, по крайней мере, половина регионов может быть донорами. Разумеется, в финансовой политике и обращении с бюджетными средствами нужна строгость. Каждый регион должен вносить свои средства на решение общероссийских проблем. Но, оплатив всё, что положено, дополнительные доходы должны остаться на месте. Это станет мощным стимулом для подъёма экономики, решения социальных вопросов, развития культуры и образования.

Что касается депрессивных районов, то ликвидировать их сразу не удастся. Решить эту проблему можно только на основе реализации долгосрочной социально-экономической политики, в т. ч. путём коренного обновления межбюджетной политики. Но и депрессивные регионы не должны ждать подачки. При долгосрочном бюджете все дополнительные доходы следует оставлять в их распоряжении, стимулируя экономический рост и улучшение качества жизни населения.

В настоящее время крайне остро ощущается необходимость в союзе трёх сил прогресса: власти, бизнеса и науки. Только совместными усилиями они в состоянии решить назревшие проблемы, обеспечить успех обновления и процветания России, будущее наших детей и внуков.

Взять всё лучшее!

Идущие на страницах «АиФ» дискуссии о том, каким путём должна идти Россия, вызывают тысячи читательских откликов.

Спасибо А. Солженицыну — он не просто призывает людей к самоуправлению. Он призывает быть неравнодушными всех — от простых россиян до чиновников и губернаторов. Так действуйте! Я и другие члены нашего территориального общественного совета сейчас боремся против размещения экологически грязной установки возле жилого района. Уверен, мы победим, если не будем равнодушными! Виктор Вbнокуров, г. Томск

Сколько можно восклицать: «Богатая страна с нищим населением!» Хватит принимать мелкие законопроекты, пора сосредоточиться на главном: сделать материально обеспеченными ВСЕХ граждан России! Предлагаю на каждого россиянина (от младенцев до стариков) ввести индивидуальные отчисления (ренту) с доходов, получаемых от экспорта наших сырьевых богатств за рубеж. Пусть люди, имея на руках личный капитал, а не займы под грабительские проценты, пустят его на развитие малого предпринимательства. И не придётся нам ввозить из-за границы то, что делается там из нашего же сырья. Д. Меркулова, г. Самара

В этом году мне исполнится 19 лет. Рискну говорить от лица тех, кто пока молод. Кто обеспокоен будущим своей страны — ведь нам в ней жить. В чём же заключается «особый путь России»? Давно замечено, что сочетанием «особая русская ментальность» обычно прикрывают лень, безалаберность и безответственность. Но и слепое подражание Западу — огромная глупость. Американская демократия — демократия денег. У денег больше прав, чем у человека. Неужели так трудно всем вместе найти «золотую середину»? Почему бы не собрать отовсюду самое лучшее, чтобы внедрить в России? Из «русской ментальности» возьмём милосердие, сострадание, радушие, а с Запада — ровные дороги, хорошее жильё, качественную медицину и наукоёмкие технологии. Маргарита, г. Сыктывкар

Слишком поздно мы озаботились сбережением народа — сберегать-то уже почти некого! Даже незрячий сегодня увидит, что у России много врагов — и внешних, и внутренних. Однажды проснёмся — и даже испугаться не успеем, что России уже нет. Поэтому предлагаю срочно рассмотреть вопрос о поддержке — и законодательно, и беспроцентными кредитами — желающих поселиться в Сибири и на Дальнем Востоке. Россия всегда была крепка именно сибиряками. Особое внимание — тем русскоязычным людям, кто захочет переехать из республик бывшего СССР. Виктор Кожедуб, с. Казачинское Красноярского края

Какой быть российской экономике?

Материалы подготовили: Виктория Никитина, Виталий Цепляев, Юлия Шигарева

[URL]aif.ru[/URL]